Верхом безнравственности и цинизма была общественная установка, что если "один из супругов или других родственников (отец, мать, сестра, брат, сын, дочь и т. д.) окажется предателем своей родины, классовым врагом, то все остальные члены семьи, несмотря свою былую любовь к этому человеку, должны немедленно сообщить об этом соответствующим государственным органам и помочь им изолировать врага народа, ибо не может быть любви и дружбы к изменнику родины и контрреволюционеру"4.
Такой трагической гримасой в судьбах миллионов людей отразилось, на первый взгляд, невинное теоретическое утверждение, что в социалистическом обществе личные интересы подчинены общественным. Считалось аксиомой, что у советского человека нет и не может быть противоречия между личным и общественным1.
Реконструкция идеологизированных мифов, связанных с социальной политикой советского государства в отношение семьи, была сделана на основании изучения немногочисленных исследований по проблемам семьи, партийных документов и материалов прессы, вышедших в течение 30— 60-х гг., которые сами уже превратились в исторический источник, ярко отражающий идейную атмосферу своего времени.
В советском обществоведении утвердилось понятие "социалистическая семья". Социалистическая семья в ее советской форме была провозглашена новой исторической формой семьи. При этом утверждалось, что в противовес развитию самой прогрессивной формы семьи — социалистической — происходит деградация буржуазного брака как продукта разлагающегося капиталистического общества. Это положение пропагандировалось средствами массовой информации, литературой, кинематографом и прочно вошло в общественное сознание, превратившись в мировоззренческое. Прямой отход от научной методологии изучения семьи как общественного явления выразился в предельной прямолинейности, вульгаризации суждений о буржуазной семье.
Была создана устойчивая схема, в которую вводилась категория "буржуазная семья" в противоположность "социалистической семье". На протяжении десятилетий не могло быть и речи о развитии отечественной социологии семьи.
Утверждалось, что происходит разложение буржуазной семьи в связи с усилением загнивания капитализма и ростом аморализма.
По этой схеме буржуазная семья основана на голом расчете, буржуазный брак — сделка.
Без всяких статистических данных, фактов, вне всяких признаков научного анализа делался вывод, что современный капитализм завел в тупик жизнь трудящихся масс, обрек миллионы семей на нищету, голод, проституцию. Бездоказательно утверждалось, что в капиталистических странах бытовые условия трудящихся резко отстают от уровня развития производительных сил1.
